Меню
12+

Интернет-газета «Известия-Тур»

29 сентября 2021, ср 2021.09.29 03:47:10
12+

«Известия-Тур»

Известия-Тур

127

Творчество читателей

Город-призрак и его герой

День 26 апреля 1986 года в Припяти был тёплым и солнечным. Баба Нюра, постиравшая бельё, вывесила его сушиться на улицу. От привычного занятия её отвлекли сирены машин пожарной и скорой помощи. Открыв двери, она не увидела ни пламени, ни дыма (видимость закрывал Дом культуры), но всё-таки сердце её сжалось от предчувствия беды – внук Андрей служил в пожарной охране. Сегодня утром, как всегда, позавтракав, он отправился на работу. Кроме него у бабы Нюры не осталось никого из близких: муж умер, а родители Андрея погибли в горах – они увлекались альпинизмом.

Женщина почти бегом побежала к Екатерине Ивановне, своей соседке. Та не смогла прояснить ситуацию, лишь обмолвилась словом, что ночью из окна увидела пламя и услышала негромкий «шлепок». Вернувшись домой, баба Нюра набрала номер служебного телефона внука. Дежурный по смене Славка Сергеев ответил, что команду пожарных вызвали по тревоге, а куда и зачем – он не знает.

Потянулись долгие часы ожидания. Только вечером прибежала Олеся, невеста Андрея, и, захлёбываясь от волнения словами, протараторила: «Баба Нюра, беда! Что-то случилось на атомной станции в Чернобыле, Андрей, наверное, там. Никто ничего толком не знает». Женщина даже присела от неожиданности. Сердце требовало что-то делать, куда-то бежать, но куда? Чернобыльская АЭС находилась в трёх километрах от Припяти. Взяв себя в руки, она сказала: «Пойдём к Приходько, у него есть мотоцикл. Съездим и посмотрим сами».

Николай Приходько жил через три дома от них. Соседа не пришлось долго уговаривать – его сын Костик также служил в пожарной охране. Без лишних слов он завёл свой транспорт, и они отправились в путь. Но на въезде в Чернобыль их остановили. Одним из сотрудников милиции, стоявших в оцеплении, был их участковый Иван Матвеевич. Объяснив своим знакомым, что дальше проезжать нельзя, он успел шепнуть на ухо бабе Нюре: «Произошло ЧП, как узнаю подробнее – сообщу».

Николай Приходько развернул мотоцикл и вместе с женщинами отправился в Припять.

Никто: ни районные власти, ни руководители АЭС даже не предупредили жителей об аварии на четвёртом блоке и о чудовищно быстром распространении радиации. Только утром следующего дня, когда радиационный фон был в сотни раз выше нормы, а радиоактивные материалы окутали улицы, баба Нюра, выйдя из дома, увидела на площади огромное количество автобусов. Собравшаяся толпа внимательно слушала объявление об эвакуации. Женщина прислушалась, голос всё время повторял одно и то же: «Внимание, внимание! Уважаемые товарищи! Сегодня городской совет Припяти принял решение об эвакуации населения города на 3 дня в связи с аварией на Чернобыльской АЭС. Сегодня, 27 апреля, в 14:00, к каждому дому будет подан автобус. Закройте окна, перекройте водопроводные краны. С собой возьмите только необходимые вещи на первый случай, документы и продукты питания».

«Как же так? – подумала баба Нюра. – Авария произошла вчера, когда люди ещё свободно вели торговлю продуктами на рынке, а сообщили только сегодня». Между тем прямо напротив окон её дома остановился автобус. С тяжёлым сердцем женщина забралась в него, вскоре подошли и соседи. Паники не было, люди взяли с собой минимум вещей – они ещё не знали, что не вернутся сюда никогда, а любимый город просто превратится в город-призрак.

Сидя в автобусе, баба Нюра и Олеся смотрели в окно и молчали.

В селе Старые Петровцы, под Киевом, они вышли и отправились к племяннице бабы Нюры, Маргарите. Та не удивилась, увидев женщин, так как была уже в курсе произошедшего. В большом доме нашлось место для неожиданных гостей. Только на следующий день стало известно, что их внук и жених лежит в Киевской больнице, в ожоговом отделении. Как им сказали, «получил незначительные ожоги лица и рук». Немножко воспрянув духом, они побежали на автостанцию и через полчаса были уже в автобусе. Но в палату к Андрею их не пустили, а пригласили в кабинет к главврачу. Тот очень долго разминал сигарету в руках – готовился к разговору. Женщины даже замерли в ожидании, понимая, что не всё так просто, как они надеялись. Наконец, Сергей Владимирович, отбросив сигарету, сказал:

- Я прошу вас выслушать меня и сделать так, как я скажу. Андрей Белозёров, кроме ожогов, получил ещё сильнейшую дозу облучения. Я не могу вам запретить увидеть его, но вы должны знать, что тоже подвергаетесь опасности. Решение – за вами.

Баба Нюра и Олеська в один голос заявили:

- Мы обязательно пойдём к нему.

Врач больше не сказал ни слова и попросил медсестру проводить их в палату.

Андрей лежал на больничной койке, прикрыв глаза. Когда дверь открылась, он с трудом их открыл. Увидев самых близких ему людей, молодой человек слабо улыбнулся.

- Вот так сюрприз, — пытаясь бодриться, произнёс он. – Чего это вы так всполошились? Ожоги скоро заживут, ничего страшного.

Забыв о предупреждении врача, женщины бросились к нему, гладили кисти забинтованных рук, но молодой человек очень мягко, но твёрдо попросил их поставить стулья около его кровати и присесть.

- Думаю, врач объяснил вам всю опасность общения со мной, — тихо произнёс он. – Завтра меня отправляют в Москву. Специалисты поставят меня на ноги, и я сам вернусь домой. А где вы сейчас находитесь?

- У Риты, — объяснила баба Нюра.

- Поезжайте в Петровцы, я вам обещаю, что если будут какие-то осложнения, то я вас вызову, — твёрдо сказал Андрей.

Возвратившись к Рите, женщины отправились к её соседке-медику за книгой о лучевой болезни. Не отрываясь, они читали её вслух до утра. Сердце бабы Нюры похолодело. Она сказала Олесе: «Не знаю, как ты, дочка, но я должна быть рядом с внуком. Может быть, мои молитвы поставят его на ноги». Олеся, даже не раздумывая, ответила: «Без Андрея мне жизни нет». Они крепко обнялись, поплакали и прилегли немного отдохнуть.

Утром баба Нюра взяла все свои накопления «на смерть», женщины приготовили себе сменную одежду и пошли покупать билет до Киева, чтобы уже там, на железнодорожном вокзале, взять билет до Москвы. Перед уходом их задержала Рита и передала им пухлый конверт: «Возьмите, пожалуйста, деньги – собирали всем посёлком». Растроганные женщины поблагодарили и, смахивая слёзы благодарности, отправились в путь.

В Киеве они сначала позвонили в больницу, узнали о том, что Андрея уже доставили в московскую клинику имени Курчатова, сразу же взяли билет и уже через час сидели в вагоне. Путь им показался бесконечным, но вот, наконец, и Москва, которая встретила их холодным, моросящим дождём. Узнав в справочной о местонахождении больницы, они отправились туда. Но в приёмной их завернули обратно, озадачив женщин тем, что к больному никого не пускают. Никакие слёзные увещевания не помогли. Растерянные женщины не знали, что им делать и куда податься – ни родственников, ни знакомых в Москве у них не было. В это время к ним подошла пожилая санитарка и, расспросив женщин, предложила им остановиться у неё. Освободилась она только к вечеру. Всё это время баба Нюра и Олеся просидели в приёмной, забыв о еде, только прислушиваясь к разговорам медицинских работников. Санитарка тётя Паша жила неподалёку. Квартира была небольшой, но двухкомнатной, одну из которых женщина и предоставила своим постояльцам. За ужином баба Нюра и Олеся расспрашивали тётю Пашу о здоровье Андрея, о том, что прогнозируют врачи. Та знала немного, но охотно делилась скудными сведениями, понимая тревогу родных.

Утром тётя Паша отправилась на работу, женщины передали ей для Андрея фрукты и соки, а сами от нечего делать принялись за уборку квартиры. Придя вечером домой, хозяйка даже её не узнала. Понимая, что родным не терпится узнать о состоянии Андрея, вздохнув, тётя Паша вымолвила:

- Ничем я вас не порадую — Андрею стало хуже. Врачи обнаружили у него ожог горла, очень сильной оказалась и доза радиации, которую он получил.

Ошеломлённые услышанным, женщины не могли произнести ни слова. И только спустя несколько минут баба Нюра поинтересовалась у тёти Паши, есть ли где-то поблизости церковь.

Небольшой храм находился всего в двух остановках. Баба Нюра и Олеся пришли туда одними из первых. Девушка просто поставила свечку, долго смотрела на её пламя и просто окунулась в свои невесёлые думы. Её пожилая спутница долго стояла на коленях перед иконами и молилась.

Потянулись трудные дни ожидания. На седьмой день тётя Паша буквально прибежала в дом и крикнула: «Вам разрешили пройти к Андрею! Собирайтесь!» Всплеснув от неожиданности руками, не зная за что взяться, женщины начали сборы. Вскоре они уже были в приёмном отделении, именно там их поджидал врач, который буквально пригвоздил их своими словами:

- Наберитесь мужества, Андрей совсем плох, постарайтесь не показать своего страха от того, что вы увидите.

Испуганные женщины в сопровождении врача прошли в палату. Увиденное поразило обеих в самое сердце. Лежавший на кровати мужчина никак не походил на их сильного, красивого, спортивного Андрея. На его месте был скелет, от которого кусками отходило мясо. Пересилив свой страх и ужас, баба Нюра подошла к кровати и взяла внука за руку. Он её узнал – это она поняла сразу по дрожанию его тела. Сердце её разрывалось, хотелось кричать, но этого делать было нельзя. Подошедшая Олеся не могла сдержать тихого вскрика: у Андрея вылезли волосы и маленькие щегольские усики тоже. Лицо было коричневым. Баба Нюра, не отрываясь, смотрела на внука – он силился что-то сказать, но не мог, только глаза ещё пытались улыбнуться. Бабушка тихо, но внятно произнесла: «Господь не оставит тебя своей милостью, я молюсь за тебя день и ночь». Внук тихо прикрыл глаза в знак того, что он всё понял. Врач попросил всех покинуть палату. Последнее, что увидели женщины, выходя из неё, — одинокую слезинку, которая тихо выбежала из глаз Андрея.

На следующий день женщинам сообщили, что их внука и жениха не стало. Олеся забилась в истерике, баба Нюра не выронила ни слезинки – просто окаменела. Ещё один день прошёл, как в тумане. Больница занималась отправкой тела погибшего в Петровцы, его родным предложили его сопровождать. Сердечно попрощавшись с тётей Пашей, женщины отправились в больницу. К их глубокому разочарованию, Андрея они больше не увидели – цинковый гроб был запечатан.

Все последующие дни были безрадостными и серыми. После похорон Андрея баба Нюра и Олеся, как на работу, ходили на сельское тихое кладбище, подолгу сидели на скамейке и вспоминали, каким замечательным футболистом был их Андрей, как, рискуя жизнью, спас однажды из горящего дома кошку с котятами, как оборвал для любимой все пионы в палисаднике тёти Веры, оставив десять рублей взамен.

Вскоре уехала к родным в Киев Олеся, и баба Нюра осталась наедине со своими горькими думами. Когда приехали из области вручать посмертную награду внука, она молча приняла её, положила под икону, а наутро женщины не стало.

Совсем осиротел и город Припять, который навещали только мародёры, стремясь поживиться тем, что не успели взять с собой хозяева, да рискованные сталкеры пытались найти аномальные явления в зоне повышенной радиации.

От автора.

Не дай Бог ещё когда-нибудь человечеству испытать весь ужас того, что случилось в Чернобыле. Вечная память героям-ликвидаторам последствий катастрофы на АЭС!

Он сказал: «Поехали!»

Наше детство было совсем иным, чем у сегодняшних мальчишек и девчонок. У нас не было гаджетов, зато нам всецело принадлежали целые улицы, парки, дворы. Не было, наверное, ни одного оврага, не изученного нами. Вместо чипсов и кока-колы нашими любимыми лакомствами были полевой лук, щавель, а то и просто-напросто горбушка чёрного хлеба с молоком.

Зато как весело жили: играли в «стрелки», в лапту, в «ножички», всё лето проводили на реке, а зимой прыгали с крыши сарая в сугроб, катались на лыжах и коньках, не боялись съезжать с самой высокой горы на санках. Мальчишки любили играть в Петьку и Чапая, устраивали «бои местного значения». Но эта игра была популярна до полёта Юрия Гагарина в космос. Тогда уже все стали мечтать о скафандрах и ракетах, о космосе и загадочных планетах. И появились другие игры. Вот об одном интересном случае, связанном с ними, хотелось бы рассказать.

Мне тогда было девять лет. На нашей улице проживало более десятка детей примерно одного возраста. Заводилами были Стёпка Агафонов и Серёжка Иванцов. Они каждый раз придумывали интересные, но не всегда безопасные развлечения. Именно они «записали» нас всех в «парашютисты» и заставили прыгать с крыши сарая; а вот только вместо парашюта всем выдавали потрёпанный зонтик, который раскрывался раза с десятого. Девчонки пытались протестовать: одно дело – прыгать зимой в мягкий снег, а совсем другое – на землю. Но угроза «отчисления» сделала своё дело. И всё-таки мы решили приземляться на клумбу, находившуюся рядом с сараем, чем привели в ярость бабушку Нюру, которая всё лето выращивала на ней любимые цветы. Ух, как больно было получить крапивой по ногам!

Но Стёпке и Серёжке всё было нипочём. В следующий раз они собрали нас, чтобы сообщить:

- Космонавты перед полётом много занимаются на центрифуге, чтобы укрепить какой-то там аппарат, у нас такой нет, поэтому предлагаем покрутиться в парке на карусели не меньше десяти раз подряд. Кто не выдержит, того мы исключим из нашего отряда.

Не помогли никакие отговорки: родители не дадут денег, вообще не отпустят гулять и т.д.

И вот в субботу, после обеда, мы все, «будущие космонавты», встретились в парке. Уж как мы добывали деньги – лучше не вспоминать! Я в жизни столько раз не мыла пол и посуду, как в два предыдущих дня.

Когда наша компания из десяти человек подала по десять талончиков на карусели, у билетёрши чуть не вылезли глаза из орбит. Но вопросов она не задала, а молча пропустила нас к цели. С первого по пятый круг всё было неплохо: мы улыбались, махали руками знакомым, даже успевали меняться местами – от оленя до лошадки и обратно. Дальше у меня почему-то стало всё расплываться в глазах, а деревья неожиданно ожили и стали приветствовать меня своими ветками. Девятого круга не выдержали мальчишки, в том числе и Серёжка со Стёпкой. Мы же, девчонки, крепились до последнего, но самостоятельно выбраться из этого крутящегося ада уже не смогли – помогли билетёрша и случайные зрители. Все бледно-синие, измученные, мы просто упали в траву и готовы были умереть, когда услышали Серёжкины слова:

- В следующую субботу придётся повторить. Москва не сразу строилась.

Но в следующий выходной пришли в парк только «руководители будущего полёта», у всех остальных нашлись «срочные дела».

И тогда мальчишки придумали финальную, самую экстремальную «фазу подготовки»: решили построить ракету. Пока мы все купались и загорали, они что-то строили за сараем, никого не подпуская к себе.

И вот в конце лета, когда наше любопытство уже дошло до предела, Серёжка и Стёпка объявили общий сбор. Они торжественно сняли какие-то тряпки, и нашему разочарованному взору открылось нелепое сооружение, больше похожее на самовар с трубой. Как потом оказалось, это он и был, а внутри находились взрывпакеты-летучки, свёрнутые из картонных перфокарт, с примотанными спичками, а также куски отработанного карбида, который выбрасывали сварщики после работы.

Увидев наши вытянувшиеся физиономии (в то время каждый знал, как выглядит настоящая ракета), Стёпка заторопился объяснить:

- Пока это экспериментальный аппарат, и запускаем его без людей (при этих словах мы облегчённо вздохнули). Внимание, сейчас будет дан старт.

Серёжка, стоявший на изготовке, чиркнул спичкой, бросил её в трубу и произнёс известные всему миру слова Гагарина. И сейчас же раздался хлопок, вылетело пламя, и прозвучал взрыв. «Ракета» пролетела несколько метров низко над землёй и упала рядом с сараем, но до этого моё нарядное платье, так же, как и у других девчонок, превратилось в лохмотья, щёки, руки и ноги стали закопчёнными, как у жареного гуся. Но впереди нас ждала «тёплая встреча» с бабой Нюрой, хозяйкой сарая, только сегодня вернувшейся из гостей. Тушение пожара добавило ещё несколько штрихов к моему «портрету».

В общем, когда я вернулась домой, меня ждали крупные неприятности. Родители в два голоса кричали о моей безответственности. Особенно был зол папа, которому ещё предстояло оплачивать убытки. Он хватался руками за голову, потрясал ими, взывая к небу; немножко успокоившись, отец спросил меня:

- Что тебя заставило участвовать в такой чудовищной авантюре? Почему ты не убежала?

Сквозь рыдания я смогла выговорить:
- Но ведь Серёжка сказал: «Поехали!» и взмахнул рукой!

Больше вопросов ко мне не было.

Сплетни и слухи – это не вымысел, а всего лишь непроверенная информация

В нашей жизни никак не обойтись без информации. Не зря бытует поговорка: «Кто владеет информацией, тот владеет миром». Но бывают моменты, особенно в период каких-либо потрясений (например, нынешняя пандемия), когда очень активно распускаются слухи и сплетни. Помните, как у Владимира Высоцкого: «Словно мухи, тут и там ходят слухи по домам…».

Всю непроверенную информацию можно распределить по трём направлениям: первое – «мы все вымрем», второе – «нас не умеют и не хотят лечить», третье – «прививка не поможет, надо лечиться народными средствами».

Чтобы не быть голословной, приведу примеры. Неделю назад моя соседка, словоохотливая старушка, которая в свои 75 лет «дружит» с Интернетом и социальными сетями, сообщила мне «секретную» информацию: оказывается, «только за полгода численность населения нашей страны уменьшилась в два раза, а к концу 2021 года в каждом городе останется не более ста человек». У меня сразу возникло два вопроса: есть ли списки тех, кто выживет (чтобы понять – надо ли строить планы на жизнь), и откуда такие сведения. Насчёт ответа на первый вопрос Клавдия Николаевна вначале замялась, а затем всё-таки сказала: «Выживут только те, кто сидит дома, как я». А «информацию» она почерпнула на сайте «ясновидящей». Ну, тут сразу всё стало понятно, я даже не успела испугаться.

Стоя в очереди на кассу в одном из магазинов города, я услышала интересный диалог:

- Ты знаешь, — говорила своей приятельнице совсем не старая женщина, — «корона» плывёт, потому что врачи не только не знают, как нас лечить, но и не хотят этого делать.

- Почему? – удивилась её собеседница.

- Да потому, что чем больше людей оставит этот мир, тем будет безопасней жить всем остальным.

Железная логика! Вместо того, чтобы поклониться медицинским работникам за их адский труд, мы бросаем в них камни.

Но «добило» меня рассуждение незнакомой мне женщины, присевшей на скамейку возле моего дома, по поводу вакцинации. Женщина доказывала своему супругу, что прививка – пустая и небезопасная процедура. С блеском в глазах она утверждала:

- Я знаю точно, что уже много человек скончалось после вакцины. Лучше всего использовать народные средства.

- Водку? – с надеждой спросил муж.

- Нет, надо есть сало – это витамин Д и пить каждый день по ложке соды.

Мужчина угрюмо пробурчал:

- А я думаю, куда у нас постоянно исчезает сода?

Безусловно, причинами возникновения того или иного слуха являются повышение состояния тревожности людей, их обеспокоенность по поводу судеб близких, а также недостаток желательной информации при неудовлетворённом интересе. Но, как правило, разносчиками слухов становятся люди, удовлетворяющие личные потребности, демонстрирующие своё превосходство во владении «важными сведениями».

И в заключение хочется вновь обратиться к нетленным стихам Владимира Семёновича:

Закаленные во многих заварухах,
Слухи ширятся, не ведая преград.
Ходят сплетни, что не будет больше
слухов совершенно.
Ходят слухи, будто сплетни запретят.

Ирина Старцева

Как коронавирус меняет наш язык

Уже второй год с того момента, как миру пришлось столкнуться с эпидемией коронавируса. За это время страшный вирус изменил жизнь многих. И успел даже повлиять на наш родной язык. Кто такие карантье? Насколько важно карантэ? Да и что это такое? Ответы на все эти вопросы искал Илья РЫСЕВ.

- Изучением такого явления, как активное словообразование в это тяжелое время, занялись ученые-лингвисты Уральского федерального университета (УрФУ). Они выявили новые слова, напрямую отражающие сложившуюся ситуацию, сообщили журналистам в пресс-службе УрФУ.

«В русском лексиконе появились такие слова, как коронавирье, карантец, ковидло, макароновирус и гречкохайп (нездоровый ажиотаж, связанный с массовой закупкой макарон и гречки), маскобесье, вируспруденция, карантэ (умение владеть собой в самоизоляции), расхламинго (популярное домашнее занятие, связанное с уборкой во время вынужденного карантинного безделья = «расхламление»). Появились номинации людей с их отношением к пандемии: коронапофигисты, ковигисты, карантье (владелец собаки, сдающий ее в аренду для прогулок), голомордые», — рассказали в университете.

Профессор кафедры русского языка, общего языкознания и речевой коммуникации УрФУ Ирина Вепрева пояснила, что в ситуации социального напряжения проявляется свойственный русской лингвокультуре словоцентризм. «Активизируются креативные операции как с планом выражения, так и с планом содержания словесных знаков, актуальных для текущего времени. Языковая игра является одним из способов адаптации к психологически трудному периоду в жизни общества. Велик пласт окказиональной лексики, иронически передающей состояние общества», — пояснила она.

Например, новое слово «ковидиот» образовано при помощи слияния двух слов «ковид» и «идиот». У слова два значения. Ковидиотами сегодня называют тех, кто отрицает наличие пандемии и ее опасности, следовательно, нарушает режим самоизоляции и пренебрегает мерами предосторожности. Паникеров тоже так назовут. Для людей, которые потеряли голову и сделали годовой запас гречки и туалетной бумаги, лучше слова не подобрать.

Когда всех школьников отправили на домашнее обучение, неожиданно для всех в языке появились «карантикулы» — производное от «карантина».

«На появление новых слов и значений влияют события, охватившие весь мир. Кстати, само слово «пандемия» было ранее так широко неизвестно и употреблялось лишь в медицинских научных кругах. Теперь же его знает каждый ребенок», — говорит кандидат филологических наук, ведущий научный сотрудник института русского языка им. В.В. Виноградова РАН Ольга Северская.

Конечно, появилось много новых слов, связанных с карантином, но на фоне сложившейся ситуации и некоторые старые приобрели иной смысл. Даже само слово «карантин» приобрело совсем другое значение в современных реалиях. Например, «удаленка» и «дистанционка» теперь воспринимаются иначе – это больше не осознанный выбор фрилансеров для работы, а единственно возможный способ обучения или встречи с коллегами. На этом фоне слово «онлайн» даже вошло в обиход среди пожилого населения, ранее не имевшего отношения к интернет-среде. А все благодаря виртуальным совещаниям, удаленным планеркам и цифровым урокам.

Останутся ли новые слова надолго в нашем обиходе, или же уйдут вместе с коварным вирусом – пока неизвестно. Но все покажет время.

Здравствуй!

Казалось бы, такие простые вещи, как сказать человеку «спасибо» или поздороваться с ним при встрече, само собой разумеются. Но недавно родившийся ребёнок, подрастая и выходя в мир, не имеет об этом понятия. В его жизни обязательно должен быть кто-то, кто научит, объяснит ему, как вести себя в той или иной ситуации, воспитает его. В противном случае, судьба такого маленького человека незавидна.

Ещё недавно и я был маленьким. Моя прабабушка, Павлина Ивановна, прожившая немногим больше ста лет, была очень мудрой. Бывало, сядем с ней на лавочку за воротами, и она рассказывает мне про старину.Как-то раз она и говорит:

- Лёня, слушай, что скажу. Когда видишь человека, обязательно здоровайся! Скажи «здравствуй» и покланяйся. Покланяться — голова не отвалится. И старайся сделать это первым.

- А почему, бабушка, здороваться первым нужно? – недоумевая, спрашиваю я.

- А это чтобы твой ангел быстрее до человека долетел, чем его ангел долетит до тебя. И не важно знакомый он тебе или нет. Повстречался с ним на пути, пожелай ему здоровья – поздоровайся. А я как-нибудь буду по улице идти и спрошу, здороваешься ты или нет, или люди сами про то скажут. Если скажут, что не здороваешься, мне будет очень стыдно, что мой внучок шалыган непутёвый, а скажут здороваешься – большая радость, буду не стыдясь смотреть людям в глаза! – ответила она.

Тут я задумался и спросил:

- Бабушка, а кто такие эти ангелы и почему они наши?

- Ангелы, внучок, это могучие светлые духи, которых сотворил Бог. Он дал каждому из нас ангела, чтобы этот разумный дух всю нашу жизнь приглядывал за нами и помогал нам. Потом, немного помолчав, как будто что-то вспоминая, бабушка продолжила:

- У меня в сундуке есть записанная мной когда-то сказка о людях и ангелах, которую рассказала мне моя тётка. Я тебе её сейчас принесу.

И с трудом поднявшись, опираясь на костыль, бабушка пошла в хату. Вскоре, вернувшись, она держала в руке несколько пожелтевших и почти истлевших, пахнущих нафталином листов. Присев ко мне поближе и обняв меня, бабушка начала неторопливо читать:

- Жили два человека. Два ровесника. Один был богат, силён и красив, жил во дворце и ни в чём не нуждался. Второй, напротив, был беден, и всё время искал себе пропитание. В один из дней пошли они странствовать. Богач от скуки покинул дворцовые стены, пресытившись благами шикарной жизни, а бедняк, пытая нужду, искал себе кусок хлеба.

Первый человек шёл по дороге угрюмым, тому, кто встречался с ним, не говорил ни слова, всё вокруг казалось ему враждебным. Даже в самый погожий день этот богач не видел солнца, не замечал неба над своей головой. Он всё молчал и внутренне гневался, думая, что люди первыми должны с ним заговорить. Он был горд, и гордое сердце превратило его в старика. А второй человек был хоть и беден, но весел и радостно приветствовал всех, кто встречался ему на пути. Милостыни не просил, путники сами щедро угощали его, радуясь встрече с ним, так как имел наш бедняк живое, приветливое сердце!

Вот, однажды, встретились богач с бедняком. Богач, как обычно, прошёл мимо, уже еле волоча по каменистой дороге натруженные, больные ноги. Вдруг услышал он за спиной долгожданное, доброе слово:

- Здравствуй, — сказал ему бедняк.

- Здравствуй, – несколько отрешённо отозвался он.

Словно живой водою был напоен богатый человек этим чудесным словом. Его гордое сердце ожило! В это время, в небесах два ангела, встретившись и вняв благодатному слову этих людей, с одного сбросили одеяния старости, вернув ему молодость и красоту, а второго — навсегда укрыли от бедности, поселив, как прекрасного, надёжного друга, во дворце богача.

- Вот так-то оно всё и было, — сказала бабушка, вытирая краешком платка влажные глаза.

И тогда я впервые понял, как важно просто поздороваться! Ведь когда мы приветствуем первого встречного, даже не зная, кто он — мы желаем ему здоровья!От этого становится хорошо на душе не только у нас, но и у наших близких, радость поселяется в сердце, а главное, в этом нехитром деле участвуют ангелы – бесплотные, светлые и добрые силы. Значит обыкновенное приветствие – имеет необыкновенную силу!

С тех пор я всегда здороваюсь и учу этому своих детей. Даже бывая в городе, видя человека, говорю ему: «Здравствуйте!» Реакция бывает разная. Некоторые, случается, кивнут в ответ, но большинство молчаливо проходят мимо, вероятно думая: «Вот чудак! Я его не знаю, а он со мной здоровается». Ну и пусть!Главное, мой ангел долетел до незнакомца и принёс ему чуточку здоровья!Да и мне самому, иногда, очень приятно слышать от людей, особенно от стариков, что мои дети с ними здороваются.

Давайте всегда здороваться друг с другом, чтобы тёплыми были наши встречи и здоровья в окружающем нас мире с каждым произнесённым «здравствуй» становилось неизмеримо больше.

Алексей Ильичёв-Морозов

КРЕСТ НАТЕЛЬНЫЙ

Он лежит в палатке медсанбата,

Губы шепчут: «Время умирать...»

На тесьме в ладони у солдата

Крест нательный, что носила мать.

Медсестра, почти совсем седая,

Со слезами просит: «Потерпи,

Не ищи, сынок, ключи от рая,

Если ад в атаке смог пройти.

Врач сказал, что сердце не задето.

Подлатает, рана заживёт.

Ты успел вернуться с того света,

Остальное на войне не в счёт.

Мать твоя, на Бога уповая,

Пред иконой молится и ждёт.

На тебя свой крестик надевая,

Знала, что от смерти сбережёт.

На войне я многое видала,

Ты, сынок, о Боге не забудь...»

Из ладони крест его достала

И, как мать, повесила на грудь.

Анатолий ЛАВРЕНЮК.

Свяжи мне, мама, свитер на года


(Посвящается моей маме

Лавренюк Лидии Васильевне)


Свяжи мне, мама, свитер на года:

Из мудрых слов, житейского совета.

И не беда, что за окошком лето,

Ещё чуть-чуть, и грянут холода.

Добавь в него тепло своей души,

Простой узор из старой русской сказки:

Про зимний лес, волшебные салазки,

Что мне когда-то рассказала ты.

Вплети туда натружённой рукой

Вкус молока, что разливала в крынки,

В окошке свет от старой керосинки

И время то, что были мы с тобой.

Петля к петле...

Пусть он на вид простой,

Но верю я, что свитер отогреет...

Ах, как душа о прошлом сожалеет,

Что больше мамы рядом нет со мной!

Анатолий ЛАВРЕНЮК.

Поэтическая гостиная

Поэтическая гостиная ("И-Т" № 25 от 28 июня 2019 г.)

Мы принимаем этот бой

Туринский бард и поэт Владимир Ковалев в очередной раз порадовал нас своей песней.

Посвящение прадеду и всему народу

Мой отец Михаил Васильевич Полещук, родился в с. Коркинском, участвовал в войнах с Финляндией и Германией. С первой вернулся, а вторая забрала его навсегда. Мне был 1 год и 6 месяцев, когда папа ушел на фронт. У мамы нас осталось двое, да еще бабушка, папина мама. Сестра умерла в годы войны, отца я не помню. Но его племянницы и мама рассказывали мне, что он был человеком очень добрым и трудолюбивым, хорошо пел, работал трактористом.

В моей памяти навсегда остался день, когда мы, коркинцы, встречали с фронта солдат-победителей. По нашей улице с песнями под гармошку и балалайку домой возвращались участники войны. Мама стояла у ворот и плакала. На мой детский вопрос: «Почему ты плачешь?», она отвечала: «Может, и наш папа вернется домой». Сейчас я очень хорошо понимаю свою маму.

Несмотря на то, что я совсем не знала папу, память о нем пронесла через всю жизнь, рассказала о нем своей внучке Полине. Она участвует в шествии «Бессмертный полк», неся портрет своего прадеда, а также написала стихотворение, посвященное прадеду и всему нашему народу.

МЫ НЕ ЗАБУДЕМ

Июньским ранним утром,

Когда спала страна,

Вдруг сообщило радио,

Что началась война.

Война с моим народом?

Война? Не может быть!

Фашисты захотели

Весь мир поработить.

Но встал народ великий за Родину свою,

И дали оккупантам они отпор в бою.

И Михаил, мой прадед,

На фронте воевал.

За наш народ великий

Он жизнь свою отдал.

Не многие вернулись

Со страшной той войны,

Но навсегда остались

Героями страны.

И вот в «Полку Бессмертном»

Прошел мой прадед вновь,

Как в грозном сорок первом

Когда пошел на фронт.

Мы помним вас, солдаты!

Кто мир наш защищал,

В далеком сорок пятом

Отпор фашистам дал.

Полина ЛЯПИНА.

Владимир КОВАЛЕВ.

УЛЫБКА СОЛНЦА (песня)

1. А завтра будет новый день

И солнце улыбнётся!

Моя душа отбросит лень

И для хорошего проснётся!

(последние две строки повторяются).

2. А если что-то вдруг не так

И жизнь не радует тебя.

Скорей всего, простой пустяк,

Ты разберёшься с ним шутя.

Припев:

А завтра будет новый день

И Солнце в небе улыбнётся!

Моя душа отбросит лень

И для хорошего проснётся!

И пусть душа, отбросив лень,

Лишь для хорошего проснётся.

3. Не верь, когда тебе твердят,

Что плохо всё и будет хуже.

Так силы тёмные хотят,

Ты их не бойся и не слушай.

Припев.

4. А на Земле — да будет так!

Наступит жизнь совсем иная.

И в райских родовых садах

Жить будут счастливо земляне!

Припев.

5. Давно живу в поместье я

И из него вам сообщаю,

Что ждёт красавица-Земля –

Ей нашей ласки не хватает.

Всё ждёт красавица-Земля,

Чтоб стать для нас прекрасным Раем!

Припев.

6. Дорогой Счастья и Любви

Пойдут по жизни Божьи дети.

Для этого и рождены

Лишь для хорошего на свете!

А завтра будет новый день

И Солнце в небе улыбнётся!

Моя душа отбросит лень

И для хорошего проснётся!

СТАРАЯ СКАЗКА НА НОВЫЙ ЛАД

Золотое яичко

Жили были дед и баба. У них была курочка Ряба. Сидела Ряба в корзинке на печи и несла яйца. Однажды ночью изба озарилась ярким светом. Испугались дед с бабой.

– Горим! – закричала баба и побежала вон из избы, дед кинулся за ней.

Первым опомнился дед:

– Если мы горим, почему нет дыма и пламени? Погоди, баба, не кричи! Надо посмотреть чего это там стряслось! – и пошел дед в избу.

А в избе уже темно. Чудеса, да и только! А ты знаешь, дружок, что курочка Ряба снесла яичко, да не простое, а золотое. Засветилось оно как солнце. Дед и баба, испугавшись, выскочили из избы, а дверь-то открытой оставили. Яичко покатилось, из избушки выкатилось, по дорожке до леса докатилось и застряло в кусте шиповника. Куст озарился ярким светом. На это сияние сбежались зверюшки. Отовсюду доносилось:

– Что это?

– Это наверное луна! – заявил заяц.

– Какая ж это луна? Это кусочек солнца! – возразил медведь.

– Наверное, это просто светлячки собрались со всего леса, – предположила сова.

Каждый лесной житель свое мнение высказывал. Поднялся шум.

– Что это за шум? Не дают мне поспать, – проворчал крот, нора которого была под кустом.

Высунул крот свою мордочку, конечно, ничего не увидел, но лапкой нащупал что-то твердое и теплое, он утащил его в нору. В лесу тут же наступила темнота. Звери кое-как нашли дорогу в свои норки, дупла, логова, берлоги. И каждый недоумевал:

– Что же это было?

А кроту его находка очень понравилась. Она была овальная, приятная на ощупь и теплая. Он таскал ее всегда за собой. К осени крот соорудил себе новую норку как раз на огороде, где дед и баба посадили овощи. А когда дед выкапывал урожай, то нашел светящийся комочек.

– Да это же золотое яйцо! – воскликнул он. Продали дед и баба свою находку, а на вырученные деньги построили новую избу (старая-то совсем покосилась), купили себе новую одежку и стали жить безбедно.

Больше Ряба золотых яичек не несла, да и не нужно было, ведь дед и баба не были жадными.

Н. ИПАТЬЕВА.

Лист больничный закрыт

Надоел докторам,

Лист больничный закрыт…

Пуля, несколько грамм,-

Рядом с сердцем сидит.

Каждый день боль терплю,

Столько лет с ней живу,

Но больней, когда сплю,

Если сон про войну.

Я с годами устал:

По тревоге — и в бой,

Средь расщелин и скал

Пить полуденный зной.

Сколько я недоспал

С этой пулей шальной:

Много раз погибал,

Возвращался… живой.

Видно прав их Аллах

В белоснежной чалме:

Мы — чужие в горах

На афганской земле…

Лист больничный закрыт.

А что делать с душой?

Крепким сном рота спит

Под гранитной плитой…

Анатолий Лавренюк

Перед смертью все равны…

Моросит…Туман над полем,

В хмуром небе облака…

По дороге рота строем

Уходила в никуда.

У кого-то — жены, дети,

У кого-то — мать с отцом…

Но вся рота на рассвете

Будет скошена свинцом.

На войне всё по приказу,

Без приказа лишь беда…

Кто же знал, что все и сразу

Вознесутся в облака.

Нет страшней солдатской доли:

Перед смертью все равны…

И останутся на поле

Лишь могилы да кресты!

Анатолий Лавренюк

Это наша страна!

1. Светит солнце с небес,

Рядом поле и лес,

Птицы песни поют

Там и тут!

Радует каждый цветок,

В поле ржи колосок

И родниковой воды глоток.

Припев:

Эта наша земля,

эта наша страна

И нам не все равно,

как живет она.

Пусть цветут сады,

и люди живут в любви,

Наша земля – наш дом

И пусть мир будет в нем!

2. Тысячи лет Руси –

Всякое было в пути,

Но лихолетья дни прошли.

Новый образ страны

Создаем сейчас мы,

Кончилось время бед –

Впереди виден свет!

Припев

3. Мы – спасенье Земли,

Начинаем с Руси.

Светлый образ зовет

Вперед!

Светятся счастьем глаза,

Снова основа – семья.

Верю в нашу страну –

На земле быть добру!

Привев

Владимир Ковалев

Который год земля

страдает,

Своих детей она теряет.

Кругом насилие,

голод, слезы,

Войн разрушительные

грозы.

Горит планета

от огня

В лихой ночи,

при свете дня.

И боль несчастных матерей,

Своих теряющих детей,

Извечным стоном

отдается

В людских сердцах,

призывом льется:

- Постойте, люди!

Оглянитесь!

Во зло творимое

вглядитесь.

Ну как не тронет

вас сейчас,

Что происходит

вокруг нас?

Что, в мире горя

не бывало?

Примеров есть тому

не мало.

С времен далеких

по сей день

Его витает злая тень.

Свою агрессию гасите,

Оружий дула опустите.

Пашите землю,

сейте хлеб,

Будь ты сириец или серб,

Хоть украинцы,

хоть армяне…

Давайте павших мы помянем.

Пусть воцарится мир кругом,

Как нам завещано Творцом.

Надежда Кузнецова

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.